Женские зимние меховые шапки - № 2016 09 12 паге 3 филес блоцкс нотифицаторс унлоад субмит8ф14 йс?7
Подруги опять глянули друг на друга и на полминуты умолкли.
Крис, не вставая с кровати, завела руку за спину, расстегнула бразильской
расцветки лифчик, а затем, энергично подвигав плечами, будто исполнив короткий
ритуальный танец своего народа, позволила соскочить тому на пол, обнажив
арбузообразные груди с огромными темными пупырчатыми сосками. Тем временем
Ботанику удалось разделаться с джинсами, однако трусы по-прежнему были на нем.
Взглянув на него, Крис улыбнулась, привстала и стянула свои панталоны,
нагнувшись так, что груди ее, едва не достигнув пола, на этот раз напомнили два
гигантских баклажана. Освободившаяся при этом генитальная растительность,
растущая как на лобке, так и на ногах, поразила Ботаника своим пышным обилием.
Однако отступать было некуда, Ботаник избавился от семейников и сделал шаг к
ложу. Крис легла на спину и разверзла ноги, обнаружив мясистое лоно с множеством
складок, уходящих подобно бесконечной спирали в затягивающий тоннель
предначертанного пути. Подойдя вплотную, Ботаник вгляделся в черную вагинальную
бездну и зачарованно замер. Ему показалось, что гигантская вульва, дважды
чавкнув (как бы прокашлявшись), сипло с надрывными интонациями прохрипела: «Что
же ты сделал, Коля? Кто же теперь ты по сути-то, а?..». «Да что за муть?» –
успел подумать он, как кто-то схватил его за член. «А-а, попался!» – хищно
прорычала Крис (конечно же, это была она, ведь здесь кроме них никого и не
было). Она сочла это настолько смешным, что тут же разразилась оглушительным
смехом.
Кокой-то бывалый фанат вспомнил, как еще в девяностых, перегнувшись через перила
деревянной трибуны в Набережных Челнах, его вырвало на фуражку стража порядка.
Более часа на пути его не встречалось ничего интересного, иногда лишь сверху
ухали совы (или же духи в образе сов, ведь совы – часто не то, чем они кажутся),
да словно ночные херувимы-хранители шелестели крылами забавные симпатяги –
летучие мыши. Внезапно из облаков появилась Луна, и средь затейливых кружев
лесных теней Жоан Антуан Карамбу увидел его. Стоя в тринадцати прыжках посреди
небольшой полянки, теперь освещенной лунным светом, зверь с интересом обнюхивал
кору одиноко стоящего пня. Да, это был шакал! Сомневаться не приходилось. Самый
настоящий шакал, символ животной хитрости и сообразительности. В Анголе охотник,
сумевший поймать или убить шакала, тут же получал всеобщее признание –
похвастать добычей столь изворотливого и осторожного зверя могли немногие… Слава
Духу Ветра – направление воздушных потоков в тот час не могло выдать зверю
присутствие подкравшегося Карамбу… Первая стрела попала в шею, шакал тявкнул и
захрипел. Следом выпущенная вторая вонзилась в заднюю ногу, после чего шакал,
стремясь ухватить стрелу зубами, завертелся на месте. Третья стрела пригвоздила
ухо шакала к пню. Карамбу тут же совершил нужное количество прыжков, подскочив к
скулящему и бестолково сучащему лапами зверю, левой рукой ухватил за холку, а
правой враз перерезал глотку.